На острове, где правят англосаксы,
Когда-то заправлял король Артур.
С Гвиневрой был расписан в ихнем загсе,
В докУментах поставили по кляксе.
(Безграмотность – бич прошлых диктатур)
А Ланселот – их местный трубадур,
Влачил с тех пор жизнь алкаша и плаксы.
Смятён был рыцарь пышной белизной
Упругого четвертого размера…
Испортил много девок той весной.
И был не силикон тому виной:
Щедрот природы подлинная мера,
Которой обладала королева,
Его толкнули к Мерлину домой.
Излил он магу все, что на душе:
Без королевских сисек жить нет мочи;
Как он бездарно проживает ночи;
Как жаждет он их видеть в неглиже;
Просил помочь в столь сложном фетише.
Маг кротко слушал, словно кровный отче,
Ловил момент разжиться в барыше.
На тысяче злотых сошлись в цене,
Смешал маг в колбе «Жуткую Чесотку»,
Проник в покои дамы при луне,
На лиф пролил из склянки сей жене…
Два дня как сисек зуд съедал красотку.
Артур в опале, сутки глушит водку.
Тут Мерлин: Мол, лекарство есть в слюне…
Что случай сей чудной и очень странный,
Но, все ж, нашел рецепт как снять сей зуд.
Лишь Ланселот слюной, как божьей манной,
Спасет Гвиневру, но пусть примет ванну.
А чтоб не полз по замку пересуд,
Пусть из хором всех тотчас отошлют.
Жена ж пусть голой движется к дивану.
Наш Ланселот уже как два часа
Облизывает сиськи дамы сердца.
В блаженстве стонет царская краса,
Устам раскрыв хмельные телеса,
В истоме разъезжаются коленца
Распахивая ниже полотенце…
Дед Мерлин мастер был на чудеса.
На утро обналичить векселя
Вошел маг к Лансу в благости душевной.
А тот глумится: – Нету ни рубля!
Ведь настучать не сможешь на меня…
Проникнув ночью лестницей служебной,
Остатки, в склянке, жидкости волшебной
Кудесник вылил в брюки короля…
Закончим жирным пафосным штрихом:
- Отдал бы долг – не слыл бы петухом.
(с) monte cristo
Поделиться с друзьями в социальных сетях:
